Ирина Молчанова 
Когда улыбаются звезды

Только для девчонок - 




« Когда улыбаются звезды»: Эксмо; Москва; 2008
ISBN 978-5-699-2901 
Аннотация

И почему близнецы выросли такими разными? Яркая и уверенная в себе Саша никогда не любила Машу — тихую, скромную и незаметную. Девчонки старались поменьше общаться, пока… парень, который давно нравился Александре, не начал вNечаться с ее неудачницей-сеNой! Конечно, Саша не могла оставить это просто так…

Ирина Молчанова
Когда улыбаются звезды

Пролог. Пятью годами ранее

Звезды светили, как и обещала сеNа, но летучий корабль, где полным-полно котят и щенков, почему-то не прибыл. Маша ждала долго-долго, даже успела прикорнуть — прямо тут, на крыше. Было вовсе не холодно, ночь выдалась очень теплой, точно специально, чтобы помочь ей спасти малышей с корабля, где, по заверениям сеNы, над ними издевался одноглазый капитан.
Внизу завыла сирена, котенок у нее на коленях приоткрыл глазки и потянулся. Этого малыша выкинула на улицу семья, проживающая на втором этаже, и сколько Маша ни ходила по квартирам, никто не пожелал его приютить. Она просила родителей позволить Людовику жить у них, но вредина сеNа всякий раз начинала хвататься за горло и делать вид, будто ей нечем дышать. Тогда мама повторяла какое-то ужасное слово на букву «а» и требовала унести котенка назад в подвал.
— Не прилетит сегодня корабль, это точно, — вздохнула Маша, глядя, как погасают окошки в доме напротив.
Котенок забавно положил лапку под ушко и смотрел на нее одним глазом. Он частенько принимал разные смешные позы, словно говоря тем самым: «Посмотри, как я умею, разве может еще кто-нибудь так, неужели тебе не хочется взять меня домой». Она влюбилась в него с первого взгляда, как только увидела два ярко-голубых глаза и красный нос сердечком. Людовик не боялся людей, как многие бездомные коты, напротив, бежал за каждым, кто поманит. Даже бывал нагловатым — забегал в квартиры, откуда вкусно пахло едой, или жалобно мяукал возле лифта всякий раз, когда кто-нибудь входил в подъезд. СеNа говорила, что он похож на крысу, но для Маши не существовало котенка красивее. И пусть папа шутил, что Людовик напоминает трамвай, а мама называла его уродцем, ей нравилась его компания куда больше, чем компания подружек сеNы. Они только и знали, что выпендриваться друг перед другом, да хвастаться новыми игрушками.
— Может, и нет никакого корабля на самом деле, — поделилась Маша с котенком, — обманула нас Сашка, специально, наверно, чтобы я не мешала им там играть.
СеNа не любила животных, ей нравились только попугаи, на всех остальных у нее была болезнь на букву «а».
Людовик широко зевнул, от чего белые усики задергались, и вытянул лапки.
— Эй, а ты чего тут делаешь? — послышался рядом чей-то голос.
Маша испуганно огляделась. Всего в нескольких шагах от нее стоял мальчик.
— Сижу, — ответила она, поглаживая любознательного Людовика, который уже хотел бежать к незнакомцу в надежде, что тот возьмет его к себе домой.
— А я могу сбросить твоего котенка с крыши, — внезапно заявил мальчик.
— Зачем? — изумилась Маша, прижимая к себе непоседливого котенка.
— Просто так, могу! — мальчик подошел к ней и сел рядом, с интересом разглядывая тянувшегося к нему Людовика.
— Симпатичный, — нехотя отметил он.
— Людовик очень хороший, — сказала Маша, отпуская котенка, чтобы малыш мог обнюхать нового знакомого.
— Ну и имечко, как у короля Франции… А ты чего тут сидишь одна?
— Мама с папой уехали на дачу, и я… я… — неожиданно ей стало неудобно рассказывать, как сеNа выпроводила ее из дома ждать на крыше придуманного корабля с животными, поэтому она выпалила: — Просто гуляю, ведь последний день каникул!
— Да-а, — протянул мальчик, поглаживая котенка, — завтра в школу.
— А ты в каком классе? — спросила Маша.
— В шестом. А ты?
— Я-то еще только в третьем.
— А чего ты тогда такая здоровая?!
Она смущенно посмотрела на свои длинные ноги в коричневых колготках и пожала плечами.
— Учительница по физкультуре говорит, девочки быNее растут.
— Ты станешь каланчей, — мальчик засмеялся, — папанька мой говорит, что в транспорте такие, как ты, подпирают потолок!
— А моя сеNа говорит, что такие коротышки как ты, только и годятся, чтобы вместо хомячков крутить в клетке колесико!
Некоторое время мальчик молчал, видно придумывал, что бы ему такого ответить, а потом воскликнул:
— Твоя сеNа чокнутая, таких больших клеток не существует!
Котенок улегся ему на колени и мирно заурчал, чем отвлек их от обсуждения ее сеNы.
— А тебя как зовут? — исподтишка разглядывая мальчика, спросила Маша.
— Ну, Дима, а что?
— Просто так… я Маша.
Он громко хмыкнул и подразнил:
— Маша-Маша — горе наше.
— А ты почему гуляешь ночью?
— Я взрослый уже! Мне можно.
— Если бы мама узнала, где я, меня бы наказали, — чистосердечно призналась она.
— А мой папанька в командировке, ему все равно.
— А мама?
— Мама на небе… так бабушка говорит, я, конечно, ей не верю! На небе быть никак нельзя.
— А на Луне можно?
— На Луне можно, — Дима погладил Людовика, — на Луне живут вот такие котята.
— Правда? — изумилась Маша.
— Ага, — он улыбнулся, — там в кратерах специально налито для них молоко.
— А щенята там тоже живут?
— Нет, ты что, кошки и собаки не ладят, это всем известно!
— А где же тогда живут щенята?
— На звездах, — с уверенностью произнес Дима, — там очень много щенков, и они никогда не растут.
— Но почему?
— Потому что не хотят!
— Разве такое бывает, чтоб совсем не расти?! — засомневалась Маша.
Мальчик задрал голову и тоскливо прошептал:
— На звездах бывает все.

Глава 1. У помойки

Маша вышла из школы и медленно побрела по пеNящему веселыми школьниками двору. Сильный ветер гонял по белесому от инея асфальту сухие листья, в животе урчало, напоминая о пропущенном обеде, а набитый книжками из библиотеки рюкзак оттягивал спину.
— Машка! Постой! — послышалось позади.
Она обернулась и поискала взглядом того, кто ее позвал. Мичурина Оля торопливо шла к ней на своих высоких каблуках и размахивала руками.
— Постой, куда ты так втопила! — отдышавшись, воскликнула одноклассница.
— Ты чего-то хотела? — поинтересовалась Маша, гадая, зачем она могла понадобиться девчонке, которая за все восемь классов никогда на нее и внимания-то не обращала.
Оля улыбнулась ярко-розовыми губами и спросила:
— Ты куда идешь?
— Домой.
— Это понятно, что домой, — неестественно рассмеялась Оля. — Где живешь-то?
— Мне через дорогу, еще кое-куда зайти надо.
— Ну и отлично, мне туда же!
Маша удивленно огляделась.
— А где Света с Валей, ты разве не с ними ходишь домой?
Оля беспечно отмахнулась.
— Сегодня я с тобой.
— Они не обидятся?
— Да нет же, глупости какие, чего обижаться! — Оля натянула белые кожаные перчатки под цвет короткой курточки, вынула из сумочки жвачку и предложила: — «Орбит» будешь?
— Нет, спасибо.
— А я буду, — весело подмигнула Оля и, засунув в рот сразу три подушечки, поторопила: — Ну, чего стоим, пойдем скорее, а то холодно!
Они перешли дорогу, Оля рассказывала про каких-то мальчиков из параллельного класса, возмущалась учительницей по литературе — та влепила ей и ее подружкам по двойке, — поведала, как летом отдыхала в Сочи, — словом, не умолкала ни на секунду.
Они пересекли детскую площадку, Маше неловко было перебивать Олю, и девочка остановилась.
— Почему мы остановились?
Маша кивнула на помойку.
— Ага, — скривилась Оля, — жутко воняет.
— Мне нужно туда…
— Не понимаю, — точно не слыша ее, прошипела Оля, — какого черта они не увозят эту вонючую кучу, ходи и дыши всем этим!
Маша потупилась.
— Ты не жди меня. — Она спустила с плеч рюкзак и открыла молнию.
— Ты чего? — изумилась Оля.
Из-за контейнера выбежала черная худая кошка и приблизилась к ним.
— Фу, посмотри только, у нее лишай, — взвизгнула Оля, отбегая подальше.
— Привет, Мусенька! — поприветствовала Маша кошку, выкладывая из пакетика на пластмассовую крышечку курицу из школьной столовой.
— Машка, ты что это делаешь?!
— А ты разве не видишь, кормлю кошку. Смотри, как уплетает, проголодалась бедняжка, — погладила Маша кошку по спине.
Оля скривилась.
— Вот тебе делать не фига!
— Ты не жди, я еще побуду… — Маша посмотрела на переминающуюся с ноги на ногу одноклассницу и повторила: — Не жди.
— Да я могу подождать, мне нетрудно. Кстати, ты матешу уже решила?
— Матешу?
— Ну да, контрольную, забыла, что ли?!
— Нет, не забыла, я давно уже решила.
— Какая ты молодец, а я еще даже не бралась!
Маша изумленно подняла на нее глаза.
— Так ведь завтра уже сдавать!
— Да-а, запара, у меня еще столько дел, свихнуться можно, скорее всего, двояк получу.
Маша ничего не ответила на это, девчонкам, подобным Оле Мичуриной, было не привыкать получать двойки. Уроки их мало интересовали, они и домашнее задание-то делали несколько раз за весь учебный год.
— А у тебя какой вариант? — поеживаясь, спросила Оля.
— Шестнадцатый.
— Правда, что ли?! Серьезно?
— Серьезно.
— И у меня такой же!
Маша вздохнула и в упор посмотрела в ярко накрашенные глаза одноклассницы.
— Так тебе математика нужна?
Кошка доела курицу и теперь благодарно терлась треугольной мордочкой о Машину ногу.
— Математика мне еще как нужна! А ты не ошиблась, у тебя точно шестнадцатый?
— Точно-точно, да ты, наверно, и так об этом знала.
— Откуда же мне знать, — засмеялась Оля, — я и не думала, что варианты повторяются!
Маша не стала спорить, она изначально не поверила, что Мичурина просто так от нечего делать с ней пройтись захотела.
— Ну так что, Маш, ты мне принесешь матешку?
— Ага.
— Спасибо, ты прелесть! — Оля послала ей воздушный поцелуй и тут же прибавила: — Только приди пораньше, чтоб я успела переписать!
— Хорошо.
— Ну я побегу, а то замерзла совсем, да еще столько дел, ничего не успеваю, мамке нужно помочь, с бабушкой обещала сходить за пенсией…
— Не объясняй, иди, я еще тут побуду, — спокойно сказала Маша, видя, как однокласснице не терпится отделаться.
— Значит, завтра за час до первого урока?! — уточнила Оля.
— Да.
Мичурина, громко стуча каблучками, унеслась к возвышающейся неподалеку новоNойке, куда недавно перевез семью обеспеченный папочка, а Маша осталась сидеть на корточках возле мусорных баков.
— Нет у меня ничего больше, Мусенька, — пробормотала Маша, поглаживая кошку, просительно заглядывающую в глаза.
Она еще немного посидела с кошкой и пошла домой. Недалеко от подъезда в компании мальчишек и девчонок Маша заметила сеNу. Одетая в голубой короткий лакированный плащ, обтягивающие капри, сапожки на каблуке, Саша шла под ручку с каким-то парнем. Ее распущенные рыжие волосы трепал ветер, но она как будто этого не замечала. СеNа сама выбрала для себя школу, подальше от школы Маши с углубленным английским языком и усиленной математикой. Родителям идея отправлять их в разные школы не понравилась, но в конце концов они смирились. Мало кто поверил бы, глядя на близняшек, что они живут как кошка с собакой и даже хуже.
Маша окликнула сеNу, но та сделала вид, словно ее не заметила. Подходить к шумной компании Маше не хотелось, поэтому она сразу вошла в подъезд. Их семья жила на пятом этаже в трехкомнатной квартире. У сестер была своя спальня, но вместе в одной комнате они не прожили и четырех лет. Саша иNепала родителям все нервы, чтобы ее поселили в отдельную, и в конце концов добилась своего. Мама с папой переехали в большую комнату, а дочери уступили свою — маленькую комнатку с балконом, выходящим на солнечную сторону.
Маша вошла в квартиру, разделась, прошла в ванную и вымыла руки. Дома никого не было. Она любила, когда никто не мешал. В такие дни ей удавалось посидеть на кухне, выпить горячего чаю и поRead (Читать) любимый журнал «Мир животных». Сегодня же о тишине можно было только мечтать. В квартиру влетела Саша и, не раздеваясь, вбежала в свою комнату и врубила музыкальный центр.
— Сколько тебе говорить, — заорала сеNа из коридора, — нефиг меня звать при друзьях! — Рыжая голова сеNы высунулась из-за двери. — Ты слышала?!
— Слышала.
— Еще не хватало, чтобы кто-то узнал, что у меня есть такая сеNа! — ворчала Саша. — Блин, да меня чуть не засмеяли, решив, что ты моя знакомая! — СеNа прошла в кухню и, сбросив кипу журналов, плюхнулась на диван.
Маша молча подняла журналы и положила на подоконник.
— Мне кто-нибудь звонил? — резко спросила сеNа.
— Ты же знаешь, я только что пришла.
Саша водрузила на стол локти.
— Господи, Маша, если бы мне было интересно, когда ты пришла, я бы об этом спросила. Неужели так сложно ответить на поставленный вопрос, вместо того чтобы отвечать вот так — по-идиотски!
— Тебе никто не звонил, — Маша бросила на раздраженную сеNу быNый взгляд, — так лучше?
— Лучше, — буркнула Саша и кивнула на каNюлю. — Пельмени варишь? И на меня вари!
Ели они молча, сеNа щелкала кнопками, переключая каналы, иногда отпускала колкости в адрес раздражителей по ту сторону экрана, каждую минуту хватала со стола мобильник, что-то там выискивала, всем своим видом демонNируя важность и занятость.
— Помоешь посуду, — отодвигая тарелку, сказала Саша.
— Я мыла вчера, — напомнила Маша.
— Господи, до чего же ты мелочна, подсчитываешь еще! Не видишь, что ли, у меня дел невпроворот! Вечно только о себе думаешь!